Сенбі, 25 Мамыр 2024
Жаңалықтар 2974 0 пікір 14 Қаңтар, 2014 сағат 09:26

Досчитать до ста

Семья мусульман-салафитов изолировала своих детей от общества и собиралась увезти с собой в Сирию. Esquire.kz разбирался в ситуации.  Записала Райхан Рахим.

«Пожалуйста, поменяйте обувь», - вежливо попросил меня немолодой мужчина, указав единственной рукой – второй рукав его пиджака был пуст и сложен в карман – на угол, в котором ровным, аккуратным строем стояли китайские тапочки. Рядом на низком диванчике примостились несколько женщин и один мужчина. Это родственники, пришедшие на свидание к детям. Специальное коррекционное учреждение «Центр адаптации несовершеннолетних» находится на балансе Управления образования Атырау. Кроме детей родителей-алкоголиков, мигрантов и семей, «переживающих трудную жизненную ситуацию», здесь с недавних пор находились шестеро братьев и сестер из семьи мусульман-салафитов. Родители едва не увезли их в воюющую Сирию, где собирались присоединиться к казахстанским джихадистам. Но безумные планы взрослых раскрыли спецслужбы и в итоге теперь они в СИЗО, а дети – в Центре адаптации.

Семья мусульман-салафитов изолировала своих детей от общества и собиралась увезти с собой в Сирию. Esquire.kz разбирался в ситуации.  Записала Райхан Рахим.

«Пожалуйста, поменяйте обувь», - вежливо попросил меня немолодой мужчина, указав единственной рукой – второй рукав его пиджака был пуст и сложен в карман – на угол, в котором ровным, аккуратным строем стояли китайские тапочки. Рядом на низком диванчике примостились несколько женщин и один мужчина. Это родственники, пришедшие на свидание к детям. Специальное коррекционное учреждение «Центр адаптации несовершеннолетних» находится на балансе Управления образования Атырау. Кроме детей родителей-алкоголиков, мигрантов и семей, «переживающих трудную жизненную ситуацию», здесь с недавних пор находились шестеро братьев и сестер из семьи мусульман-салафитов. Родители едва не увезли их в воюющую Сирию, где собирались присоединиться к казахстанским джихадистам. Но безумные планы взрослых раскрыли спецслужбы и в итоге теперь они в СИЗО, а дети – в Центре адаптации.

В холле витал вкусный запах обеда, из дальних помещений доносился детский смех, негромко звучала музыка. В гостиной я застала и вовсе идиллическую картину: дети со взрослыми наряжали елку. Тех самых, «особых» детей, о которых полушепотом говорил уже весь город, среди них не было. Они сидели на скамейке отдельной маленькой сплоченной группой. Две розовощекие, беленькие девочки, тепло и хорошо одетые, с туго зачесанными косичками, и три мальчика примерно одного возраста.

– Поздоровайтесь с тетей, – попросила детей молодая учительница Айгуль Досканова, и они хором выкрикнули: – Саламатсыз ба!

– Вот те самые дети, только старшая девочка отлучилась куда-то, – объяснила Айгуль, оглядываясь по сторонам. И заглядывая в бумажку, начала рассказывать непростую историю семьи Болатовых.

«Месяц тому назад, нам привезли детей – Болатовых Салтанат, Салават, Азамат, Нурдаулет, Нурсаулет и Айшу. Четверо школьного возраста и двое дошколят. Самой старшей девочке тринадцать лет, между остальными разница примерно в два года. Когда их нашли сотрудники управления образования, дети пропустили несколько семестров учебы за этот и прошедший год».

В последний раз дети были в школе в январе 2012 года. Родители забрали документы из школы №18 города Кульсары, сказав, что  переезжают в Атырау – там в школе №24 они взяли листок прибытия и отправили его в старую, но на уроках братья и сестры Болатовы так и не появились. Ни в Кульсарах, ни в Атырау. Тогда не дождавшись новых учеников, из Атырау в Кульсары, по указанному в документах адресу, выехал инспектор. Дом Болатовых он застал нежилым: двери заперты, к телефону никто не подходит, на стук и крики не отзывается. Однако хозяева никуда не уезжали, живут там же, только очень замкнуто: ни с кем не общаются, на приветствие не отвечают, на улицу не выходят и двери не открывают. Это рассказали соседи, добавив, что дети-то у них хорошие, вежливые.

Так началась борьба за братьев и сестер Болатовых, которые не просто перестали ходить в школу, а однажды как будто вообще исчезли. Никто не видел детей, не знал что с ними, потому что родители спрятали их от мира в своем доме, ставшем маленькой крепостью.

После безуспешных попыток найти и вернуть в лоно просвещения потерянных школьников, в октябре прошлого года, управление образования передало дело инспекции по делам несовершеннолетних Жылойского района. В ходе расследования дела выяснилось, что супруги Болатовы «публично призывают к совершению акта терроризма» и собираются уехать в Сирию. Вместе с детьми. Но детей у них забрали и перевели в ЦАН, под государственную опеку. А самим родителям областная прокуратура выдвинула обвинения  по экстремистской 233-й статье Уголовного кодекса.

Айгуль Досканова, учитель: «Видно, что дети вели особый образ жизни. Когда мы включали телевизор, они отказывались смотреть даже мультики; когда включали музыку – закрывали уши, убегали и кричали «харам». В первые дни вообще не разговаривали, сторонились и учителей, и других детей. Отказывались от еды. Старшая девочка, увидев за обедом на столе колбасу и масло, заявила, что это не халал и братишки дружно отодвинули все свои тарелки. Только самые маленькие – трехлетняя Айша и четырехлетняя Нурсаулет – хныкали и говорили, что хотят есть. На праздник Благодарности к нам пришли волонтеры, среди них была девушка в хиджабе – мы надеялись, что дети примут хотя бы ее. Но когда она подошла к ним, пытаясь покормить малышек, Салтанат указала на ее брюки и спросила: «Разве мусульманки так одеваются? Разве может быть принят твой намаз?» Друг друга они называли только мусульманскими именами: Салтанат — это Асьма, Саламат — Абдусамат, Азамат – Абдурахман, и так далее. И вообще придерживались строгого мусульманского образа жизни. Мы старались и заботиться о них, и в то же время не запрещать жить той жизнью, к какой они привыкли. Каждое утро Салтанат будила всех, даже самых маленьких, и они вшестером совершали утренний намаз. Девочки ходили в платках – спереди они опускались вот до сюда (Айгуль показывает на середину своего носа) – так что им приходилось смотреть на людей, высоко подняв голову; в длинных юбках, которые волочились по полу. Мы выделили им общую спальню и каждый вечер убеждали снять платки и юбки, и переодеться в пижамы. Младшие еще поддавались, а вот старшая наотрез отказывалась. Еще мы в день Благодарности позвали клоунов, они устроили шоу пузырей – было так красиво! – другие дети пришли в полный восторг, а Болатовы так и не вышли из комнаты. Салтанат и старший из мальчиков, Салават, не выпустили их.»

Оразбике Хамиева, психолог центра: «Вообще дети хорошие, вежливые, послушные, но на их психике сказалась нездоровая изолированная обстановка. В первое время они ели руками, не умели пользоваться вилкой и ложкой, не могли самостоятельно заправить постель или убрать за собой. Видимо, за них все делала мама. Ну и пробелы в знаниях. Старшая Салтанат не умеет считать до ста, к примеру, я ей говорю, прибавь к девятнадцати семь – не может. Хотя это программа первого класса, она объясняет, что успела все позабыть.»

Кроме педагогов и психологов с детьми общался теолог общественного фонда Центра помощи пострадавшим от деструктивных религиозных течений «Шапагат» Ашабай Медетов: «Я встречался с детьми два раза, через три дня после того как их привезли и спустя неделю. Первое впечатление, которое произвели на меня дети, и особенно Салтанат — это ограниченность в развитии и замкнутость. Салтанат в свои 13 лет откликалась только на религиозные темы, любой разговор сводила к религии. На все мои вопросы, когда я пытался выяснить ее кругозор, она отвечала встречным вопросом, к примеру – а вы знаете сколько аятов в Коране? Стремилась показать, что хоть и не знает школьную программу, зато сильна в исламских знаниях. Я пытался поговорить с ней о важности образования, на что она заявила мне, что умеет шить, готовить, убираться, и этого ей достаточно. Из ее слов стало понятно, что мать непросто по каким-то обстоятельствам не пускала детей в школу, а именно целенаправленно так воспитывала. Но что порадовало, уже на второй встрече произошли изменения. Салтанат стала чуть-чуть более открытой, даже смеялась некоторым шуткам. Рассказала, как они всей семьей смотрели религиозное видео по интернету, изучая таким образом ислам. Сейчас родители утверждают, что дети не ходили в школу, потому что директор школы был против платков и они были вынуждены искать другую, но процесс затянулся, а потом у них возникли материальные трудности... Но все это отговорки – очевидно, что они так воспитывали детей – в духе фундаментального салафизма, и школа в их представления о правильном не входила.У меня вообще сложилось впечатление, что в этой семье всем заправляет жена. Во время нашего разговора, отец сидел в стороне и поддакивал. Когда я задавал вопросы, отвечала только жена, даже на вопросы о семье мужа. «Мы никогда не были сплоченной семьей, потому что родственники мужа любят застолья и выражаются нецензурно», объяснила она. А вот с ее братом, который сейчас находится в Сирии, они поддерживают активную связь. Выяснилось, что они собирались уехать к нему, вместе с детьми, уже подготовили паспорта и ждали только подходящего случая. Когда я задал им вопрос: а что бы вы там делали? зачем туда ехать? – ни муж, ни жена не смогли внятно ответить. Их просто убедили, что там идет священная война, и они должны присоединиться к братьям.»

За месяц пребывания в Центре с детьми начали происходить перемены. Младшие девочки – Айша и Нурсаулет – сняли платки, и старшая сестра не возражала. Сама Салтанат надела брюки, хотя по словам воспитателей, видно, что ей это далось нелегко. Братья и сестры перестали постоянно держаться отдельной кучкой, а начали общаться и играть с другими детьми. Больше не называя их кафирами. С удовольствием учились, участвовали в мероприятиях центра – каток, аттракционы, спектакли, – а в первое время доходило до истерики. Воспитатели рассказывали, с каким удовольствием младшие заучивают наизусть стихотворения, поют песни. Мрачные и нелюдимые поначалу, они как будто заново научились смеяться. Салтанат я тоже все-таки увидела – это оказалась красивая, но стеснительная девочка; в платке и юбке ниже колен. Торопливо поздоровавшись со мной, Салтанат смущенно отвела глаза и убежала.

Но все это время дети скучали по родителям. Сначала воспитатели сказали им, что папа и мама в больнице, потом старшим, как можно деликатней, объяснили, что у них есть проблемы, но они скоро непременно вернутся. Когда я уходила из Центра, Салтанат стояла у елки и слушала воспитателя. Она сосредоточенно считала про себя. Воспитательница объяснила: как только счет дойдет до ста, она наденет спортивную форму и все вместе пойдут на каток...

P.S. После Нового года мать Болатовых выпустили под залог, и она забрала детей из Центра.

(Имена и фамилия детей изменены)

http://esquire.kz/

0 пікір

Үздік материалдар

Құйылсын көшің

Бас газет оралмандарға неге шүйлікті?

Әлімжан Әшімұлы 2313
Әдебиет

«Солай емес пе?»

Ғаббас Қабышұлы 2666
Қоғам

Дос көп пе, дұшпан көп пе?

Әбдірашит Бәкірұлы 2821
Ел іші...

Ұлттық бірегейлену: Қандастардың рөлі қандай?

Омарәлі Әділбекұлы 1757